Оливия была вдовой – очень молодой и привлекательной вдовой, с которой Корд встречался в течение последних нескольких месяцев, но она была порочной и эгоистичной и быстро стала приносить больше неприятностей, чем удовольствия. Корд подумывал о том, что пора расстаться с ней.

Но не сегодня.

Сегодня он урвал пару часов от вечного корпения над кипами бумаг, которыми был завален его письменный стол, потому что отчаянно нуждался в передышке. Для этого Ливи вполне годилась.

Забираясь на пуховую перину, она откинула волосы за плечи.

– Я хочу быть сверху, – промурлыкала она. – Хочу заставить вас поизвиваться.

Она неизменно хотела одного и того же – жесткого, грубого секса, и это в настоящий момент соответствовало тому, что он готов был ей дать. Беда в том, что после наслаждения у него появлялось странное чувство недовольства. Он сказал себе, что пора приискать новую женщину. Это всегда поднимало настроение. Но со временем охота такого рода перестала увлекать его.

– Корд, вы не слушаете меня. – Она подергала буйные завитки волос на его груди.

– Простите, моя сладкая. – В действительности он не испытывал раскаяния, потому что был совершенно уверен – что бы она ни сказала, это ни в малейшей степени не могло представлять для него интерес. – Меня отвлекли ваши восхитительные грудки.

Оливия застонала и начала двигаться, и Корд забылся в сладостном очаровании ее тела. Ливи достигла пика наслаждения, вслед за ней и Корд, а затем наслаждение стало рассеиваться, исчезать, как будто его и не было.

Когда Ливи выбралась из кровати, ему снова подумалось, что наверняка должно быть что-то большее, чем это.

Эта мысль подспудно сидела где-то глубоко, погребенная под множеством забот, которые встали перед ним, когда умер отец и он унаследовал титул и имущество. Вслед за Оливией Корд начал одеваться. Его ждали тысячи дел – необходимо было подумать об инвестициях, проверить счета и накладные и рассмотреть жалобы арендаторов.