- Ну, дорогой вы мой! - поморщился следователь. - Зачем же вам сразу заручаться протекцией такого маститого адвоката, уподобляясь каким-то рэкетирам? Мы будем разбираться по существу дела скрупулезно, дотошно, не упуская ни одной детали. С материалами предварительного следствия я ознакомился, прекрасно знаю...

- Вы не поняли! - перебил я его. - Гольдман - адвокат, работающий на нашу фирму. Я сотрудник фирмы. Быть может, мы с вами беседуем в последний раз, досточтимый Василий Хафи... Тьфу! Короче, гражданин следователь, тащите сюда этого старого еврея, ежели желаете контактировать! Кстати, вы его видели или так - понаслышке знаете? А то я вам его опишу...

- Видел, - Звездорванцев замялся. - Эээээммм... Дело в том, уважаемый Эммануил Всеволодович... знаете, Гольдман вчера вечером попал в автомобильную катастрофу. Мммм... сейчас он лежит в реанимации...

- Что?! - Я вскочил и подался через стол к следователю: - Чего вы несете? Я вчера с ним разговаривал!

Следователь опасливо отодвинулся и покраснел. Рука его нашарила на столе черную кнопку звонка и зависла над ней, как кошка, изготовившаяся к прыжку.

- Но-но! Эмоции! - петушиным всхлипом выдал Звездорванцев. Говорю вам - в реанимации... Вчера, между десятью и одиннадцатью часами вечера, его машина столкнулась с бульдозером, который на большой скорости...

- Бульдозер на большой скорости?! - Я скривился в ухмылке. - А каток асфальтный на большой скорости не пролетал?! С реактивным двигателем?! Вот уроды-то! Все куплено! От бля, а!

- Прекратите, - тихо попросил Звездорванцев, утирая внезапно вспотевший лоб. - Я никакого отношения к бульдозеру не имею. И вообще никакого отношения к адвокатам не имею - я из другой службы...

- Службы, службы! - передразнил я. - Знаем мы вашу службу! Не буду ничего показывать. Точка. - Я пристукнул кулаком по столу и для вящей убедительности продемонстрировал следователю кукиш: - Вот вам, а не показания!