— Твид! — крикнул Рик, выключив зажигание. — Что, черт побери, здесь происходит?

— Много всего, — ответил вместо приветствия Твид. — А вы пройдите внутрь — еще и не то увидите!

Рик вылез из машины и, предчувствуя недоброе, пошел к веранде по только что проложенной дорожке с кирпичным бордюром, обсаженным темно-лиловой петунией. Лестница, ведущая на веранду, была также новой. Рик стал осторожно подниматься по ступенькам. Под ногами раздавался неприятный скрип. Перешагнув через две последние ступеньки, он оказался на веранде и прошел внутрь бара.

То, что увидел Рик, превзошло все ожидания. Пол, всегда темный от вечно проливавшегося пива, теперь блестел, как видно, отдраенный песком. Хромоногие старые столы исчезли. А фреска с изображением обнаженной русалки была старательно закрашена все той же желтой краской.

Господи, что они здесь натворили? — почти со страхом подумал Рик, продолжая разглядывать комнату. И тут же получил еще один, но сокрушительный удар. Кресло из темной сосны, известное всем в Коконат-Ки как «кресло капитана Парриша», в котором он играл в покер, тянул пиво из огромной кружки, бахвалялся рыбацкими успехами, его кресло валялось, забрызганное белилами, как никому не нужный хлам! Рик почувствовал, что у него внутри все оборвалось. Как? Его кресло?! Срочно потребовать объяснений и наказания наглого богохульника!

— Пэппи! — заорал он на весь дом. — Где ты? Слышишь? Я требую, чтобы ты выгнал отсюда этого безмозглого осла, который…

В этот момент кухонная дверь отворилась, и на пороге появилось очень стройное, светловолосое с рыжинкой создание, тащившее большую корзину полотняных салфеток. Повернув голову, создание приказало кому-то на кухне:

— Все доставки, пожалуйста, принимайте через заднюю дверь. И вот что еще… Ах!

По этому «Ах» Рик понял, что его заметили. Но он находился в более выгодном положении, поскольку в отражении висевших в комнате двух новых зеркал мог со всех сторон оценить внешние достоинства вошедшей особы. Это была подчеркнуто аккуратная девушка, от которой веяло чистотой, ухоженностью и, как показалось Рику, неискушенностью. Ее пышные волосы красиво обрамляли лицо, делая его не по возрасту серьезным. Цвет глаз сразу определить было невозможно: их скрывали густые и длинные, как на рисунках в детских книжках, ресницы.