Сама напросилась, заметила себе Алекс.

– И вам следует знать, что лето в этих краях длится всего лишь двенадцать дней.

– Тогда чем же вы намерены заниматься все оставшееся время? – поинтересовалась Алекс. – Зимой вам трудно будет вести бродячий образ жизни.

Кейн неопределенно повел плечами.

– Я еще окончательно не решил, чем займусь. Может, каким-нибудь ремеслом…

Ага, как же, хмыкнула про себя Алекс. Не решил, потому что собирался удрать отсюда задолго до наступления зимы. Эх, если бы сейчас ей удалось узнать, что же может заставить его вернуться к обычному образу жизни! Вернуться на фирму, к тому миру, к которому он принадлежал. Алекс тряхнула головой.

– Я не понимаю вас, Кейн. Мне очень трудно поверить в то, что вы бросили дело, которое любите, в котором многого достигли.

– Вы так здорово излагаете, Алекс…

Алекс попробовала зайти с другой стороны.

– Неужели нет ничего, что заставило бы вас вернуться к юриспруденции?

– Не вижу ничего такого.

Алекс сдержала вздох огорчения. Она быстро неслась в никуда. Если она примется перебирать варианты, которые могли бы заставить его передумать, то очень скоро не только полностью раскроет себя и провалит тем самым возложенную на нее миссию, но и может еще более усугубить положение, заставив Кейна Форрестола своей излишней настырностью увеличить его запросы.

Официант убрал со стола тарелки.

– У нас сегодня замечательный десерт в меню, – сказал он. – Могу предложить превосходный семислойный шоколадный торт…

– Ни слова больше, – прервал его Кейн. – Тащите его сюда.

При этом он бросил быстрый взгляд на Алекс.

– Почему бы не попробовать торт, особенно если не я плачу по счету.

Алекс принужденно улыбнулась.