Сердце снова заколотилось, но не мелко, учащенно, а тяжело, с натугой, будто вырываясь из трясины. Лиза поднялась, сняла с книжной полки резную шкатулку из сандалового дерева, откинула крышку. Под старыми письмами, какими-то квитанциями и фотографиями затерялась пачка крепких сигарет. Там же лежала и старая бензиновая зажигалка. Она достала издающую слабый аромат темно-коричневую сигарету, крутанула колесико, прикурила и жадно затянулась.
Еще раз пробежалась глазами по строчкам.
«Если ты когда-нибудь захочешь узнать о своих родителях больше, обратись к Эвану Чалмерсу. Он живет в Тампе.
Прощай, милая, и прости нас. Мы хотели для тебя самого лучшего.
Лиза сидела в гостиной, когда стукнула входная дверь. Быстрые шаги — значит, Кейт в хорошем настроении. Звонок сотового — невнятный ответ… смех…
Дверь отворилась, и в комнату заглянула Кейт.
— О, ты еще не спишь?
— Как видишь. — Лиза потерла глаза. — Мне надо с тобой поговорить. Ты прочитала письмо?
— Письмо? Какое письмо? — Кейт наморщила лоб. — А, то, что от мистера Кэлхауна получила? Ты его имеешь в виду?
— Да. Так прочитала?
— Еще нет. Не успела. Вернон так подгонял, что я едва успела душ принять да переодеться. И, знаешь, он сегодня понравился мне куда больше, чем в прошлый раз.
— Кто? Вернон?
— Какой еще Вернон! Бонд, конечно! Этот новый актер… как его… ну, ты знаешь, кого я имею в виду.
— Крейг? Дэниел Крейг?
— Точно! Так вот, в прошлом фильме он мне не понравился, уж больно холодный, никакой романтики. А сегодня присмотрелась получше и хочу сказать… — Кейт внезапно остановилась и виновато посмотрела на сестру. — Извини. Просто вечер сегодня такой… — Не найдя подходящего для адекватной передачи переполнявших ее эмоций прилагательного, она развела руками. — А еще Вернон… Все. Молчу. Так ты о чем?