Если бы мы всегда выполняли свои же обещания.

Она долго лежала в темноте, пытаясь уснуть, вытеснить из головы мысли, что кружились там бесконечным хороводом. Жизнь, еще утром казавшаяся простой и ясной, внезапно перевернулась, как переворачивается получивший пробоину корабль. Все вроде бы осталось прежним, но выглядело теперь иначе. Пол ушел из-под ног, и сама она повисла в пустом пространстве, не зная, за что ухватиться, кого звать на помощь и что вообще делать — выбираться из каюты и бросаться в незнакомое, неприветливое море или ждать, пока кто-то придет на выручку.

Зачем? Чего ради? Что заставило маму написать это письмо и раскрыть тайну, которую они с отцом так бережно хранили много лет? Кто ее настоящие родители? Почему они отказались от нее? Живы ли они еще или их давно нет на свете? И как теперь будут складываться ее отношения с Кейт?

Сестренка.

Мало-помалу водоворот мыслей замедлялся.

Конечно, можно было бы сделать вид, что ничего не случилось, что никакого письма нет, и идти дальше намеченным путем, но Лиза понимала — так не получится: загадка будет висеть за спиной невидимым грузом и рано или поздно ее придется решать. К тому же и мама никогда бы не написала этого письма, если бы не хотела… Что? Предупредить о чем-то? Указать на возможную скрытую пока опасность? Предостеречь? Если так, то дело двадцатишестилетней давности еще не закрыто.

Лиза перевернулась на другой бок. Прислушалась. Как это часто бывает, в будто бы полной тишине проступили звуки: шорох листьев за окном, писк залетевшего в комнату комара, тиканье часов.

Неужели же в доме не сохранилось никаких следов, никаких документов, писем, фотографий? И при чем здесь этот Эван Чалмерс? Кто он такой?

Пролежав без сна еще с полчаса, Лиза поднялась, накинула халат, сунула ноги в шлепки и, стараясь не шуметь, выскользнула из комнаты. Хотя после смерти матери прошел уже месяц, разбором бумаг они с Кейт еще не занимались, постоянно находя какую-то причину, чтобы отложить это дело на потом.