– Ну, как вам? – это был голос неугомонной пиарщицы. Оливия только сейчас осознала, что с мечтательным вожделением пялится в пустоту, в то время как к утру ей надо сдавать статью, – и самое время этим заняться.

– Ну все, сейчас я Вас буду со всеми знакомить, – улыбнулась Мелисса, вновь беря Оливию в осаду. – Вы что-нибудь ели? Давайте-ка посмотрим, с кем Вам стоило бы поговорить? С Деворе Вы знакомы?

Решительно отбросив мысли о роковых незнакомцах, Оливия переключила все свое внимание на статью: надо было набрать материал. Каждому приятно, когда его имя появляется на страницах британского «Elan», и она без труда насобирала за ужином дюжину расплывчато-помпезных высказываний, отправной точкой которых был этот самый крем для лица. Среди авторов этих перлов оказались Деворе, Крис Блэквелл, менеджер Делано, пара красавцев, которые, как подозревала Оливия, были наняты для оживления интерьера, парень, ведущий колонку в «Тантре», девица, отвечающая за связи с общественностью у Майкла Корса и П. Дидди. Собранного было достаточно для одного абзаца, который, несомненно, подтвердит информационную насыщенность журнала «Elan». Занявшись статьей для «Sundy Times» «Роскошь Майами», Оливия вскоре заполнила свой блокнот информацией о бабушке одной из моделей: бабуля жила на Южном побережье за двадцать лет до того, как это место вновь вошло в моду; о полицейском, который клятвенно заверял ее, что оказался на сцене как раз в тот момент, когда застрелили Версаче, – а в качестве la pièce de résistance

– Оливия? – черт возьми, это опять была Мелисса. – Я хотела познакомить Вас с создателем «Devore'e – Crème de Phylgie». Деворе, конечно, сама подбирала все ингредиенты, но Вы понимаете...