– Наконец-то! – Хантер уперся лучом фонарика в знак, но ему пришлось смахнуть с него снег. Разобрав буквы, он ошеломленно присвистнул. – Дорога-то осталась справа! Но этого не может быть, ибо… – Он обернулся к Эвелин, ослепив ее лучом. – Боже всемогущий! Да вы можете хоть что-нибудь сделать, как полагается?! Вы дали неправильное направление! И теперь мы в нескольких милях от нужной дороги!

– Этого не может быть! – Выхватив фонарик, Эвелин осветила надпись и с ужасом убедилась, что Хантер прав. – О нет!

– Из всех бестолковых, злых и глупых существ…

– Заткнитесь! Меня и без того мутит от одного вашего вида! – гаркнула в ответ Эвелин. – Любой может ошибиться!

– Ошибиться? Это не ошибка, это катастрофа! Разрешите сказать, что вы…

– Нет уж, разрешите мне сказать! Вы невыносимая и нетерпимая, полная отвратительного шовинизма крыса! И я… – Она остановилась, внезапно представив себе, как в чистом поле стоят два человека и, заносимые снегом, отчаянно ругаются. – Ах, да какой смысл? – Сунув ему в руки фонарик, Эвелин развернулась и побрела прочь.

Аккуратно спрятав фонарик в карман куртки, Хантер крикнул:

– Куда, по-вашему, вы направляетесь?

– Куда угодно, лишь бы подальше от вас!

– Вы с ума сошли! Вы заблудитесь, замерзнете!.. Вернитесь немедленно!

– А вы мне не приказывайте, – через плечо откликнулась Эвелин. – И можете не бежать за мной, потому что…

Она почувствовала, как из-под ног уходит земля, и слишком поздно спохватилась, что не посмотрела, куда идет. А шла она, как выяснилось, прямиком в реку.

Ее полный ужаса вопль ножом прорезал завывания ветра, и через секунду Хантер оказался рядом. Распластавшись на снегу, он ухватил Эвелин за руку.

– Все в порядке, я держу вас. Без паники. – Перехватив ее другую руку, Хантер попытался вытащить Эвелин, но через несколько минут бесплодных усилий предложил другой вариант: – Я не могу найти опоры. Можете ли вы ухватиться за мое плечо, а я попытаюсь поднять вас?