Ничего, скоро все тайное станет явным. Он выяснит, кто такая мисс Абигайл Томас. А потом вернет ее назад, в фирму братьев Синклер. И неважно, сколько это будет стоить.
Абигайл никогда прежде не бывала в «Таверне эсквайра при Гостином дворе». За последний год она ежедневно проезжала мимо нее по дороге на работу и обратно, но до сего дня мысль зайти внутрь таверны в голову ей не приходила. Внутри, как и гласила вывеска, таверна была оформлена в духе доброй старой Англии: готический свод из балок, станы обшиты панелями из мореного дерева, огромный камин сложен из камня. Если бы не телевизор над стойкой бара и не песня Боба Сигала, льющаяся из музыкального автомата в углу, то Абигайл могла бы с легкостью вообразить, будто находится в одном из пабов времен Шекспира.
До вечера было еще далеко, и, по счастью, в таверне оказалось малолюдно: за маленьким столиком мужчина с женщиной сидели за бутылочкой вина, а за стойкой бара трое мужчин пили пиво. Никто из них, похоже, не обратил внимания на Абигайл. Впрочем, для нее это было привычно. Мало кого вообще интересовало ее существование.
А это было именно то, чего ей так не хватало.
Глубоко вздохнув, Абигайл распрямила спину и глотнула через тонкую соломинку из красного пластика напиток, который принесла ей официантка. У нее перехватило дыхание.
Господи! Кажется, будто в стакане жидкий огонь. Абигайл схватила со стола бумажную салфетку, осторожно поднесла ее к губам и немного отдышалась. К своим двадцати шести годам она и не догадывалась, как может обжигать горло крепкий напиток. Пожалуй, следующие двадцать шесть лет жизни она охотно обойдется без повторения подобных опытов. Заказывая напиток по маленькому пластиковому меню, она специально выбирала название, звучащее вполне безобидно. Однако, похоже, нужно было все-таки расспросить официантку, что за гремучая смесь прячется за таким безобидным названием.
Что бы это ни было, но теперь все в ней пылало от горла до желудка. Лучше бы она заказала бокал вина. Не то чтобы Абигайл слишком жаловала вино, но по крайней мере от вина не перехватывало дыхание.