— Не смей, Скотт! — зашипела Джессика, изо всех сил упираясь руками в его гранитную грудь. — Слышишь, не смей, а то я…

— А то что? — Скотт презрительно отвернулся. — Закричишь? Брось, девочка, это тебе не в кино. Благородных рыцарей в этих лесах нет, Скотт дернул завязку бюстгальтера, и Джессике пришлось торопливо прижать руки к груди, не давая ему упасть. Тогда она решила прибегнуть к другой уловке, никогда раньше не подводившей ее.

— Послушай, Скотт, — торопливо завязывая купальник, Джессика обольстительно заулыбалась. На ее щеках проступили ямочки. — Ты знаешь, я от тебя без ума, но нам нужно возвращаться. Уже почти темно. Мне пора домой.

— Домой? — захохотал Скотт, — С чего ты взяла, что я повезу тебя домой? Ты разве не знаешь? Вечеринка-то на всю ночь!

Лицо Джессики окаменело. Куда девалась ее притворная сладость? Она до боли закусила губу, чтобы но расплакаться. Все шло не так. Все получилось иначе, чем она думала.

Это все Лиз, вспыхнуло в мозгу. Почему, почему она не отговорила ее от проклятой поездки? Если б она настояла на своем, разве бы Джессика оказалась здесь?

— Мне нужно домой! — потребовала Джессика, капризно выставив вперед дрожащую нижнюю губу. Это было последнее оружие в ее арсенале. До сих пор оно не знало осечки. — Если ты не отвезешь меня домой, я скажу родителям, что ты хотел меня… — Слова застряли у нее в горле.

Скотт ответил на угрозу лошадиным ржанием.

— Ну, ну, крошка, расскажи им, как надула их, чтоб смотаться со мной на озеро. Как случайно очутилась в заброшенном домике совсем голенькая, — он покачал головой. — Какое же это насилие! Нет, детка, никто тебе не поверит.