Юдела подчинилась. Голос ее был тих и слегка охрип от усталости, но все равно оставался нежным и мелодичным. Она прочла:

— «Я, Юдела Хейворт, согласна выступить в роли невесты его светлости герцога Рэндольфа Освестри на протяжении того времени, которое потребуется ему для осуществления его планов. Я никому не признаюсь, что это лишь фиктивное обручение, соответствующее желанию его светлости герцога и моему собственному, но обещаю вести себя сообразно всем правилам светских приличий, которые накладывает на меня это положение. Любые приказания и советы его светлости я клянусь исполнять ради успешного завершения нашего общего дела.

После того как истечет назначенный его светлостью определенный срок, я согласна принять в качестве вознаграждения сумму в одну тысячу фунтов стерлингов. Все платья, а также другие наряды и украшения, предоставленные его светлостью герцогом Освестри, останутся в моей полной собственности после истечения срока договора. Я обязана покинуть жилище герцога немедленно и без каких-либо претензий Данное соглашение я подписала в трезвом уме и памяти, по собственному желанию в десятый день Июня 1820 года, в чем и расписываюсь собственным именем».

К концу чтения Юделе почти отказал голос. Она перешла на шепот. И также шепотом она спросила:

— Вы уверены, ваша светлость, что обязались мне впоследствии отдать такую невообразимую сумму?

— Я хочу, чтобы вы жили в достатке и благополучии в течение нескольких лет после того, как мы расстанемся, — заявил герцог.

— Что значит несколько лет? Мне этих денег хватит на всю жизнь. Представляете, что мой папа получал жалованье в три сотни фунтов в год и всегда говорил, что это очень щедрая оплата за его труды.

— Тем более. Я уверен, что та тысяча фунтов, которую я вам вручу, обеспечит вас на все то время, пока вы будете искать себе достойного супруга и сделаете ваш выбор без всякого внешнего давления и зависимости от обстоятельств. Пусть на ваш выбор будущего жениха не окажут воздействия денежные затруднения.