Вытерев слезы, Реджина встала размешать спагетти, чтобы они не подгорели. Ну хорошо, возможно, она немного превысила свои полномочия, признала она, закусив губу. Но в то время ее решение казалось таким разумным и безопасным! Кто мог предположить, что он вернется домой, никого не предупредив?

И кто мог предположить, что у него окажутся синие-синие глаза с пушистыми темными ресницами? И шрам — ведь у него на лице шрам? И такой глубокий голос. Мозолистые руки и длинные крепкие пальцы…

Реджина безучастно смотрела на зажатую в руке деревянную ложку, не в состоянии понять, зачем взяла ее. Стряхнув с себя оцепенение, она начала помешивать содержимое кастрюли. Конечно, рассерженный клиент не повредит ее карьере, но шум поднять может. Вздохнув, она выключила плиту. Есть уже не хотелось. Оказывается, возможность быть уволенной странно влияет на аппетит.

Ерунда, Флинн, ты не будешь уволена, усмехнулась она. Клинт Витфилд может вспылить, но так далеко не зайдет.

Или все же зайдет?

Глава вторая

Остановившись на красный сигнал светофора, Клинт Витфилд внезапно испытал странное чувство — нечто среднее между огорчением и удивлением. Ему даже показалось, что луна затанцевала в гнезде кудрявых облаков. А Клинт и не заметил, как наступила ночь. Очевидно, он долго ехал, не отдавая себе отчета в том, куда направляется.

Клинт потер руками глаза и сделал долгий выдох. Он просто устал, вот и все. Смертельно устал. Он провел в дороге два дня, пересаживаясь с автомобиля на автомобиль и с самолета на самолет.

— И опять я куда-то еду, — пробормотал Клинт с раздражением, вспомнив, что должен еще найти место, где будет спать сегодня ночью.

Но причиной раздражения все-таки была женщина по имени Реджина Флинн, которая вдруг поселилась в его доме. Что, черт возьми, с ней делать?