— Чему ты улыбаешься? — спросила Сьюзан.

— Просто представила вас в деревне, присматривающей за девочкой-подростком. Вы всегда казались мне такой соблазнительной. Ваше место в городе.

— Я не уверена в этом. Моя работа была способом выжить. Что касается девочки… — Глаза ее затуманились. — У меня была дочь, которая умерла. Она была совсем ребенком. Это было давно, до того, как родился Дом.

Тони сочувственно молчала.

— Не думаю, что женщинам твоего поколения понятно, как мы целиком отдавали свою жизнь детям тогда, в пятидесятые годы. Я была опустошена, когда умер мой муж. Мне пришлось оставить Джонни и Дома на попечение нянек и школы и отправиться зарабатывать себе на жизнь. Но вы, молодежь, о детях, кажется, совсем не думаете.

— Я не уверена в этом, задумчиво сказала Тони. — Если у меня будут дети, я буду сидеть с ними дома, по крайней мере первые несколько лет.

— Правда? А вот теперь ты меня удивила. Я думала, ничто не может отвлечь тебя от карьеры.

— Я люблю работать, что правда. Но мне почти тридцать. Практически любая деловая женщина переживает внутренний конфликт. Я люблю детей. Мне всегда хотелось иметь много детей. — Она увидела, что Сьюзан смеется, и засмеялась тоже. — Неправдоподобно, да? Но это так. Мне даже нравится думать о том, как рыцарь в сверкающих доспехах подхватит меня к себе в седло, и мы умчимся вместе в сторону заката.

— Не так уж это неправдоподобно. Это именно то, что случилось со мной.

— Вот видите.

Некоторое время они ехали молча, Сьюзан наклонилась к Тони и коснулась ее руки.

— Спасибо тебе большое, за то, что нашла время отвезти меня сегодня на ферму. Надеюсь, я не очень нарушила твои планы?