Стефани тоже пребывала в состоянии влюбленности, но все происходило как-то спокойно, логично, продуманно. Повстречался начинающий архитектор Патрик Смит, на дальнее далеко намечена свадьба. Стефани вообще из тех, кто не хохочет, а улыбается, не рыдает, а смахивает слезу, не восторгается, а одобряет, не возмущается, а недоумевает. То есть любому чувству, которому сполна отдается Элен, Стефани противопоставляет свой, эмоционально сниженный вариант. Странно, но непохожесть характеров, как, впрочем, и небольшая разница в возрасте, не мешали подругам оставаться подругами.

Сейчас, сидя на роскошном ковре посередине гостиной дома леди Монт, Элен даже не заметила, как ее обильные слезы, вызванные неудержимым смехом, превратились в слезы безудержной печали.

— И что у вас найдется сказать про маленькую нахалку? — Она приняла вызывающую позу, пытаясь превозмочь желание свернуться в горестный комочек.

Леди Монт гордо вскинула голову и вознамерилась свысока взглянуть на внучатую племянницу. Однако, даже если ты стопроцентная леди, тебе не удастся равнодушно созерцать страдания любимого существа.

— Эй, Элен, выше нос! Можно подумать, до тебя никто никогда не влюблялся! Милая, посмотри на меня. Я влюблялась больше раз, чем тебе лет. И учти к тому же, что, по сравнению с тобой, я была просто-напросто дурнушкой.

Леди Монт поскромничала — она и сейчас еще хороша. Впрочем, возможно, девчонка, рыдающая на ковре, действительно внешне поэффектнее, чем она в юности.

— Ба, но тебя же любили, а меня нет.

— Когда я хотела, чтобы меня любили, меня любили! — заявила леди Монт, давая понять, что владеет секретом завоевания непокорных мужских сердец.

— Но он вообще как будто не видит меня! — Элен была безутешна.

— Сделай так, чтобы увидел!