— Выход один — надо удивлять! — после тяжелых раздумий Барбара вернулась к уже однажды высказанной ею мысли.

— Ба, а ты, как я понимаю, умела удивлять? — неожиданно проявила интерес к предмету разговора Элен.

— Милочка, — развела в недоумении руками тетка, — я не удивляю разве что тебя, привыкшую ко мне и, надеюсь, любящую меня. Твои легкомысленные родители, однажды сильно удивившись, давно и окончательно поставили на мне крест. Но это о другом…

Марии и Артуру леди Монт была обязана появлением Элен, и за это им многое прощалось. Молодые красивые эгоисты, что с них взять?

— Я вам, девочки, сейчас расскажу, как мне удалось много лет тому назад удивить одного человека. Впрочем… Сколько можно говорить, ничего не держа в руках? Сара! — неожиданно завопила леди Монт.

Однако она быстро вернулась к манерам, достойным светской особы, и величественно обратилась к возникшей на пороге гостиной молодой женщине в форменном платье: стоячий воротничок, передничек с оборками, в волосах кружевная наколка.

— Сара, голубушка, пожалуйста, мне мой традиционный коктейль, девочкам чай с бисквитами.

— Ба, нам тоже твой традиционный коктейль.

— Ну, значит, три моих традиционных коктейля. Один покрепче.

— Слушаюсь.

Спустя несколько минут Сара внесла на подносе три высоких бокала и подошла к хозяйке. Та безошибочно выбрала напиток, приготовленный именно для нее, и блаженно откинулась на диванные подушки. Элен приняла бокал, не поднимаясь с ковра. Стефани шагнула навстречу служанке, взяла оставшийся коктейль и вновь опустилась в кресло.

Леди Монт умела держать паузу, не выпуская нити разговора.

— Элен, милая! Повторюсь, но скажу: я не была такой красавицей, как ты. Не дергайся, я говорю правду. У меня не было глаз такой синевы, как у моей прелестной племянницы, да и ее роскошных волос цвета умело заваренного кофе. Нет, у меня были голубенькие глазки, светленькие волосики. Хорошенькая, одним словом.