Несмотря на то что маркиза была на восемь лет старше своего любовника, рядом с ним она чувствовала себя юной впечатлительной девственницей. Его прикосновения вызывали у нее бурные стоны. Когда он предавался с ней любви, маркизе хотелось умереть, чтобы тяжесть его тела стала последним воспоминанием, унесенным ею в могилу. Верность такого любовника она была готова купить любой ценой. Но, зная, что темпераментом он не уступает ее отдаленным родственникам Борджиа, известным своими амурными похождениями, маркиза понимала: подобная сделка немыслима.

Она не стала удерживать любовника, когда тот выскользнул из ее объятий. Прищурившись, она пристально наблюдала, как он одевается, пожирала взглядом безупречную симметрию форм его неутомимого тела.

– К чему расставаться? – недовольно вопросила маркиза, приподнимаясь на локте. – Я хочу… нет, приказываю тебе остаться!

Юноша ответил ей сожалеющим взглядом; после секундного колебания отложил жилет и подошел к постели.

– Cara,

Маркиза в отчаянии обхватила его голову обеими руками и прижала к благоуханным холмам своей пышной груди.

– Тебе вовсе незачем высаживаться на берег – ни сегодня, ни впредь. – Она запечатлела поцелуй на блестящих кудрях любовника. – Мы можем поплыть дальше, через Гибралтарский пролив, к острову Менорка. Там, на моей вилле, мы будем проводить дни как нам заблагорассудится. – Она поцеловала юношу в лоб, с недовольством отмечая, каким сухим и прохладным он стал. – Там тебе не понадобится никакая одежда.

Юноша ответил ей лукавой усмешкой.

– Через три дня я буду похож на отварного омара! Однако твое предложение не лишено заманчивости. Пожалуй, в другой раз…

– Когда же, caro? Когда? Что влечет тебя в Англию? – Забывшись, маркиза ревниво выпалила: – Другая женщина?

Ее любовник провел ладонью по вздрогнувшей округлости живота маркизы и опустился чуть ниже.