Ребекка молчала. Если честно, она очень хотела остаться здесь, ей было легко и хорошо. Он зака­жет еду, и ее привезут на сервировочном столике. Молчаливый официант накроет для них стол, а они будут смущенно наблюдать за ним.

Будут цветы, вино, закуски, но очень скоро они вернутся в постель. Или займутся любовью на диване под какой-нибудь фильм. И Ксандрос отве­тит по крайней мере на один деловой звонок.

Или она оденется, и ее поведут в ресторан. Любой женщине рано или поздно хочется выйти в свет из уединенной спальни, как бы хорошо там ни было. Если бы у них были серьезные отношения, ей бы не терпелось показаться с ним в обществе. Но это не так, они выходили поздно вечером, чтобы их никто не видел. И посещали неизвестные, маленькие ресторанчики или оставались в его номере в отеле. Временами она гадала, а поверил бы ей кто-нибудь, если бы она сказала, что встре­чается с греческим миллиардером.

А кому она могла бы рассказать? На работе она скрывала их отношения, и никто из ее коллег не догадывался ни о чем.

Она повернулась и провела пальцем по его щеке. У нее защемило сердце. Сможет ли она быть настолько эгоистичной, чтобы тащить его в ресто­ран? Он выглядел таким уставшим. Внезапно все ее сомнения и страхи исчезли. Она прижалась к его теплому телу и обняла его.

— А чего бы хотел ты? — тихо спросила она. — Остаться?

Ксандрос недовольно цокнул языком. Он хотел ее предупредить, чтобы она не подстраивалась под его желания. Но именно так и получалось. Женщи­ны старались ублажить его и забывали о своих предпочтениях. И тогда с ними становилось неин­тересно.

— Я хотел бы остаться здесь, — почти грубо ответил он, — но тогда, боюсь, просто засну, а я заказал столик в «Пентаграмме». Ты ведь говори­ла, что всегда хотела сходить туда. Поэтому решай сама.

— Я думаю, будет лучше, если мы пойдем. — Своим ответом он ясно дал ей понять, что ему не нужна ее забота.