Джейн ощутила себя не в своей тарелке. Не зная, что ответить, она попробовала осторожно уклониться от опасной темы.

– Вряд ли мое повествование покажется вам стоящим внимания, мистер Калвест.

Ей совсем не хотелось говорить о детстве и уж тем более о родителях.

– Ну а все же? – продолжал настаивать мужчина.

– Мое детство протекало довольно обыденно: светло-коричневый дом, отец, мать, младший брат, уроки игры на фортепиано.

В сущности, это была почти правда.

– Звучит неплохо, – заметил Ричард. – Так, значит, вы профессионально занимались музыкой?

– Да, – осторожно ответила Джейн.

– Но тогда почему же вы решили стать няней? Мне кажется, что из вас вышла бы превосходная пианистка.

К счастью, Лотти избавила Джейн от необходимости отвечать немедленно.

– Дядя Личалд! – позвала она, нетерпеливо дергая его за манжету рубашки.

– Подожди минутку, Лотти. – Ричард аккуратно высвободил рукав и повернулся обратно к девушке. – Итак, мисс Валлистон?

– Я стала няней, потому что… – Джейн судорожно пыталась придумать хоть мало-мальски правдоподобное объяснение. – Потому что… я очень люблю детей.

– Любите детей?

– Да. – Ее голос зазвучал уверенней. – И, как правило, они платят мне взаимностью. Не волнуйтесь, я сумею хорошо позаботиться о Шарлотте и проследить, чтобы она ни в чем не нуждалась.

Ричард усмехнулся.

– Я должен сразу предупредить, что моя племянница совершенно особый ребенок. Вы только посмотрите, во что этот чертенок превратил дом всего за четыре дня! Только не подумайте, что я всегда такой неряха. Напротив, я умею ценить чистоту и уют, но она…

– Настоящий кошмал! – гордо заявила Лотти, бесцеремонно вмешиваясь в разговор. – Так говолит моя мамочка.

Ричард рассмеялся. От его грудного искреннего смеха по телу Джейн пробежала легкая дрожь. Что же с ней творится с той самой минуты, когда она впервые увидела этого человека?