Дверца автомобиля распахнулась, из него выпрыгнул какой-то человек и склонился над ней. Виктория постаралась сфокусировать взгляд на его лице, но видела только темный силуэт головы. Он спрашивал ее о чем-то, но лишь спустя несколько секунд смысл его слов начал доходить до нее.

– С вами все в порядке? - встревоженно спрашивал он.

Все ли было в порядке? Она осторожно шевельнулась, подвигала руками, потом ногами. Ощущение такое, словно по ней прошагала целая армия, но все вроде было цело.

– Да… кажется, - проговорила она с трудом. Потом попыталась подняться, опираясь ладонью о землю. - Посмотрим, смогу ли я…

– Не двигайтесь. - Это прозвучало как приказ. - Сначала я посмотрю, нет ли у вас повреждений.

Она позволила ему ощупать себя. Виктория все еще не могла увидеть его лица - незнакомец стоял против солнца. Кончив осмотр, он выпрямился и облегченно вздохнул.

– Ну, кажется, вы целы. Что называется, в рубашке родились.

Молодая женщина ойкнула и дернулась; когда его рука слегка дотронулась до ее виска.

– Вам больно?

– Конечно, больно!

Виктория подняла руку и осторожно коснулась ссадины на виске. Кончиками пальцев она ощутила что-то теплое и липкое на щеке.

– У меня кровь течет?

– Да. Но это лишь небольшая ссадина. - (Виктория почувствовала мягкое прикосновение тонкой ткани к виску.) - Вот так, подержите несколько минут вот здесь.

Это был его носовой платок. Слабый мускусный запах одеколона, исходящий от него, неожиданно привел Викторию в смятение.

– Вы уверены, что с вами все в порядке?

– Да, - быстро сказала она. - Все нормально. Но только… я бы хотела встать на ноги.

Он обхватил ее за плечи, когда она начала вставать.

– Не думаю, что вы можете встать так сразу, - сказал он. - Почему бы вам не полежать, пока я…

– Нет. Я не нуждаюсь ни в чьей помощи. - Ее голос был резок. Ей казалось, что в его тоне, в том, как он ведет себя с ней, есть что-то знакомое. Но что именно, она никак не могла понять. - Я… я хочу хотя бы сесть. Мне так будет лучше.