Когда Дженни вошла в кабинет Стива в сопровождении горничной, на ней была ее обычная одежда – шорты и рубашка. Стив подумал, что ей, видимо, в самом деле больше нечего надеть. Он вдруг опять почувствовал прилив нежности, смешанной с жалостью. Заспанные глаза Дженни сразу же прояснились, как только она увидела Стива, и девочка радостно улыбнулась. Она ничуть не удивилась тому, что ее вытащили посреди ночи из постели – с таким отцом, как Генри Кэшмэн, наверное, это было для нее в порядке вещей.

– Горничная сказала, вы хотели меня видеть, – Дженни шагнула к столу Стива, продолжая улыбаться. – Значит, вы – владелец отеля «Санта-Флорес», Стив?

Он кивнул, раздумывая над тем, как бы сообщить ей о беде. Нужных слов он так и не подобрал.

– Тебя удивляет то, что этот отель принадлежит мне? – осведомился Стив, заставив себя улыбнуться в ответ на ее улыбку.

– Да нет, не очень. Я сразу поняла, что вы человек богатый и с определенным положением, что вы не просто служащий отеля, – рассудительно проговорила Дженни.

При других обстоятельствах эти слова рассмешили бы Стива, но сейчас его мысли были сосредоточены на том, как сообщить Дженни о смерти ее отца. Решив, что нет никакого смысла медлить, он сказал:

– У меня плохие новости для тебя, Дженни. Твой отец скончался сегодня ночью.

Ее дымчато-серые глаза округлились, скуластое личико побледнело. Стив почувствовал укол совести. Еще несколько минут назад он радовался смерти Генри Кэшмэна. Но все то, что причиняло боль Дженни, причиняло боль и ему. Казалось, они чувствовали одной душой…

Дженни медленно опустилась на стул.