От летнего зноя неспешная жизнь в Белфорте замедлилась еще больше. Собаки перестали тянуть за поводок. Птицы попрятались в прохладной тени развесистого дуба. Казалось, даже солнце ленится уходить за горизонт. Трей Марбери вытер пот, струившийся по шее. Его джип стоял на одном из трех существующих в Белфорте перекрестков. Солнце уже зашло, и на смену удушающей жаре пришла вечерняя прохлада.

Двенадцать лет назад Трей был самым известным полузащитником местной футбольной команды. В тот же год получил именную стипендию в Высшую техническую школу штата Джорджия, где учился на «отлично». Каждый его приезд в родной город сопровождался поистине королевскими почестями: жители Белфорта возлагали большие надежды на Клейтона Марбери Третьего. Но они не шли ни в какое сравнение с теми требованиями, которые предъявлял к сыну Клейтон Марбери Второй — отец ожидал от наследника совершенства во всех областях и безоговорочного подчинения.

Поэтому Трей был рад, когда на первом курсе вывихнул плечо и не смог больше играть в футбол. Надеждам родителя не суждено было осуществиться, и давление на него сразу ослабло.

Отцу и сыну не о чем было больше спорить разве что об операции, от которой Марбери-младший упорно отказывался, и о судьбе семейного бизнеса, которым Трей практически не интересовался.

Но именно незавершенные дела семьи заставили его теперь вернуться в Белфорт, к своему прошлому. Настоящее же Марбери-младший давно связывал не с этим сонным городишкой в глухой провинции штата Южная Каролина, а с собственной квартирой в небоскребе на Золотом побережье Чикаго. Он столько времени уже прожил на севере, что успел привыкнуть к холодным зимам и бешеному ритму жизни.