День стоял великолепный – светлый, какой-то весь золотистый, под стать тому ощущению тепла и счастья, которое испытывала Пейдж не только сегодня, а, пожалуй, всегда.

«У меня все хорошо, – думала Пейдж. – Мне сорок два года, я счастлива и всем довольна…»

Легкая улыбка тронула ее губы при воспоминании о прошлом. Тогда при мысли о том, что она может быть чем-то довольна, Пейдж раздражалась, считая безмятежную жизнь чем-то недостойным. Пейдж была шестидесятником, рядовым борьбы женщин за право быть тем, кем они хотели. Они отстаивали право мечтать и воплощать в жизнь самые невероятные свои стремления. Да, Пейдж вступила в эту борьбу рядовым и отважно участвовала в каждом значительном сражении. Зато теперь она стала генералом. Героиня-победительница, она добилась многого, получив даже то, о чем раньше не смела и мечтать. И с этих пор довольство стало ее чудесным союзником, символизирующим счастье и радость. Как и возраст, к которому прежде относилась крайне негативно. Зато теперь ее сорок два только радовали Пейдж. Еще никогда она не чувствовала себя моложе, красивее, никогда не была так полна творческих сил.

Родившись в Саутгемптоне в семействе Барклаев, Пейдж унаследовала не только голубую кровь и безупречную родословную, но и огромное богатство. В пятнадцать лет Пейдж неожиданно решила стать архитектором, обуреваемая при этом грандиозными амбициями. Художница по натуре, она хотела проектировать и строить элегантные здания и другие сооружения из камня, устремленные ввысь.

Закончив Йельский университет, Пейдж переехала на Манхэттен. Первые годы ей приходилось нелегко, но вера в собственный талант помогала ей. Медленно, но верно ее стильные, выполненные с изысканным вкусом проекты стали привлекать к себе внимание.