Здесь было так тихо. Так уединенно и зелено.

Майкл поднялся на узкое крылечко позади дома и постучал в кухонную дверь. Ему не ответили, но через окно он заметил свет от телеэкрана и услышал автоматные очереди — шел какой-то боевик. Этот призрачный свет и выдал ее — на фоне стены виднелись очертания женской фигуры.

Майкл не желал нарушать покой этого дома. Но он переступил порог прежде, чем ему пришло в голову, что он совершает незаконное вторжение и что его никто не ждет. Она стояла, прижавшись к стене и схватившись за голову, ее лицо было перекошено от ужаса. Она была явно не в себе.

О господи! Вот это скверно. Он это предчувствовал. Подошел ближе, но не слишком. Затем пригнулся так, чтобы его глаза оказались на одном уровне с ее распахнутыми глазами. Он даже не заметил, что его сердце начало гулко стучать в груди.

— Мэдж? — сказал он едва слышно.

Она прибиралась — он только сейчас это заметил. Волосы у нее были стянуты на затылке, на полу возле босых ног валялось ведерко.

— Лейтенант Детли?

Наконец она обратила на него те милые, мягкие голубые глаза, которые он искал двадцать с лишним лет… Только теперь в этих глазах была пустыня.

— Ты, ублюдок, — всхлипнула она, вздрагивая. — Это все ты виноват!

2

Мэдж ничего не понимала. Это было самое худшее. Она до сих пор не могла понять, что с ней происходит. Господи, подумала она, хоть бы кто сказал мне, где я нахожусь.

— Вы в порядке, — тут же пробормотал он, успокаивающе протянув руку. — Вы в Вирджинии. В вашем доме, где вы живете вместе с Джонни, Джесси и Персиком.

Она попыталась вздохнуть, но снова всхлипнула. Она терпеть не могла всхлипывать. Ей не нравилась тяжесть, навалившаяся на сердце, и звуки, которые врывались в дом. Минометы. Она была готова поклясться, что это минометы. И… ракеты. Вспышки озаряли небо, и от грохота дребезжали стекла. Она начала судорожно искать «свою каску», а потом до смерти перепугала кошку, бросившись на пол после очередного раската грома, чтобы «не быть сраженной осколками». При этом зацепила и опрокинула хрустальную вазу с цветами. Она разбилась, усеяв пол радужными осколками. Мэдж была насмерть перепугана и никак не могла прийти в себя.