— Что ж, я готова приступить к работе! — заявила она.

— Я очень рад, что вы взялись за эту работу, — ответил ей Лео Джексон. — Думаю, вы не пожалеете, что согласились охранять Хейла.

Грубое, загорелое лицо Лео Джексона могло бы показаться простоватым и некрасивым, если бы не волшебное обаяние его темно-карих глаз, так и лучившихся добротой.

— Спасибо, что верите в меня.

Несмотря на такой теплый прием, Элизабет до сих пор сомневалась, правильно ли поступила, когда согласилась на эту работу. В основе ее решения лежала одна-единственная причина — деньги. Ей необходимы деньги, чтобы сохранить свою школу боевых искусств. Работа телохранителя кантри-звезды, которую предложило ей агентство Ховарда в Лос-Анджелесе, могла позволить Элизабет получить необходимую сумму.

— Леди-телохранитель… — задумчиво протянул Хейл Бриджес, прерывая размышления девушки. В его серых глазах мелькнуло то ли любопытство, то ли восхищение. — Кто бы мог подумать!

— Хейл, многие знаменитости сегодня пользуются услугами женщин-телохранителей, — возразил Лео Джексон. — Понимаешь, тебя будет сопровождать красивая женщина, о боевых способностях которой окружающие узнают, только если твоя жизнь будет в опасности.

— Да уж, — кивнул Хейл, — эта красотка меньше всего похожа на телохранителя. Никогда не думал, что охранники бывают такими симпатичными.

Певец окинул фигуру Элизабет оценивающим взглядом. Девушка почувствовала, как ее бросает в жар, губы стали сухими, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Тело немыслимо напряглось, предательский румянец выдавал ее состояние. Хотя какой там румянец — она стала пунцовее самой красной розы на свете!

Встретившись с ним взглядом, Элизабет резко спросила:

— Так я прошла… проверку?

Ответом ей послужили улыбка заправского донжуана и неторопливое: