- А кто приглядывает за делом, когда он в отъезде? Эдуард пожал плечами.

- Я буду присматривать, только сначала окончу Оксфорд.

- Ты этого хочешь?

- Да, хочу. У Жана не остается на это времени, а я, как мне кажется, сумею хорошо с этим справиться. - Он помолчал. - После смерти отца там все остановилось. Для развития есть большие возможности. И для выхода на новые рынки.

- Порой я скучаю по Жану. - Она резко встала. - Он меня забавлял. Про него все наперед можно было сказать. Боюсь, я обошлась с ним довольно паскудно. - Она сделала паузу. - И, конечно, мне не хватает того изумруда. Ты ведь знаешь, как он мне безумно нравился.

Он перехватил взгляд ее зеленых глаз, увидел, что губы ее растянулись в улыбке, и поежился.

- Этот камень приносит несчастье. Когда вы его выбрали, я вам ничего не сказал. Но считается, что он... приносит несчастье.

- Вот как? - Она сверлила его взглядом. - Что ж, это многое объясняет.

Она повернулась и увидела дверь в другом конце комнаты.

- Там твоя спальня?

- Да.

- Прекрасно.

Она прошла мимо него в спальню. Стало тихо; через некоторое время она его позвала. Он медленно переступил порог и остановился, глядя на нее с высоты своего роста.

Изумрудное платье валялось на полу, обнаженная Изобел лежала на его узком студенческом ложе, вытянувшись во всю длину белым, по-мальчишески стройным телом. Волосы разметались по подушке, между узкими бедрами золотился рыжий треугольник, жемчужины спадали в ложбинку между маленькими белыми грудями.

- Эдуард, милый, ты ведь не против? Понимаешь, я так давно об этом мечтала...

Она замолчала, уставясь на него зелеными, светящимися, как у кошки, глазами.

- Я выложу замуж, Эдуард, я тебе не говорила? За этого гонщика, так уж в конце концов получилось. По-моему, свадьба будет на той неделе, после того как он выступит в гонках на какой-то там Большой Приз. Если, понятно, не разобьется. Вот я и решила, что нам с тобой не стоит откладывать. Когда б я не сделала этого, то просто не смогла бы за него выйти...