Мистер Джордон без своей кепочки казался совсем другим. Лиз никогда не приходилось видеть его с непокрытой головой. И в помещении, и на улице, во врачебном кабинете, на конюшне, в полях — мистер Джордон неизменно был в старомодной твидовой кепочке.

И вот сейчас он сидел в большом кресле-качалке возле камина в спальне, накинув теплый плед на колени, и вид у него был изможденный, незнакомый — да еще без кепки! Его кустистые черные брови четко выделялись на длинном, болезненно-желтом лице. Взгляд глубоко запавших карих глаз не отрывался от Лиз, когда он длинным костлявым пальцем постукивал по бланку телеграммы.

— Роджер будет здесь к обеду. В телеграмме говорится, что у него сломалась машина, поэтому на ночь он остался в Петерборо и приедет в Истминстер первым утренним поездом. — Мистер Джордон покачал головой. — Как благородно, что он вызвался нам помочь. В конце концов, он в отпуске. Но я скоро и сам встану на ноги. А пока вы с мистером Дунаном как будто неплохо справляетесь, а, Элизабет?

Лиз нерешительно кивнула, не желая расстраивать мистера Джордона рассказом о том, как тяжело приходится мистеру Дунану, второму партнеру в ветеринарной лечебнице «Джордон и Дунан», и ей самой с тех пор, как заболел мистер Джордон.

— Да, все в порядке, мистер Джордон, только… ну, в общем, просто у нас сейчас ужасно много дел. — Она улыбнулась. — Весной хлопот с животными всегда прибавляется. По-моему, замечательно, что ваш племянник предложил приехать и выручить нас.

В уютную, освещенную огнем камина комнату вошла миссис Джордон с кувшином молока на подносе. Она услышала последние слова Лиз. Миссис Джордон представляла собой полную противоположность высокому, угрюмому мистеру Джордону, — она была маленькая круглая толстушка. У нее были седые кудряшки и вечно сияющее улыбкой пухлое лицо.