— Да, конечно. — Улыбка Роджера Хейворда оказалась такой же холодной, как его голос. Про себя он подумал, что она слишком симпатичная, чтобы быть хорошим ветеринаром. Золотисто-каштановые волосы с медовым оттенком, карие глаза — довольно необычное сочетание. Кожа у нее была чистая, нежная, почти прозрачная, так что можно было сосчитать все веснушки, которые были рассыпаны но ее аккуратненькому маленькому носику. Она вдруг чем-то напомнила ему котенка персидской кошки. Хотя она на самом деле сильнее, чем кажется на вид. Так ловко удерживала этого разбушевавшегося коня! И ведь хватило смелости взяться за такое дело самой, да еще сделать укол! Роджер тихо присвистнул от изумления.

Но он не был склонен потакать героизму. По крайней мере, позволять симпатичным юным девушкам заниматься такими делами. Он ответил Лиз вежливо, но решительно, не допуская никаких возражений:

— Прошу вас предоставить это дело мне. Будете передавать мне инструменты и бинт, когда понадобится.

Лиз встретилась с ним взглядом, и в ней вскипела ярость оттого, что он сразу принялся командовать и обращался с ней так, словно она новичок. Но сейчас было не время спорить, тем более что Сабрина внимательно наблюдала за ними и ситуация ее явно забавляла.

Лиз пришлось признать, что Роджер Хейворд знал свое дело. Его большие загорелые руки двигались осторожно, но уверенно. Он наложил на рану швы и дал Сабрине несколько кратких указаний по уходу за конем, чтобы она передала их потом конюху — тот должен был вернуться к вечеру.

— Ну вот, кажется, и все, — закончил Роджер. — Я заеду завтра утром, посмотрю, как он.

Сабрина широко улыбнулась ему:

— Это было бы замечательно. Уверена, теперь Карло вне опасности, раз вы занялись его лечением. — Она помолчала. — Кстати, не хотите ли зайти в дом, познакомиться с моей матерью? Выпьем чего-нибудь. Так приятно бывает встретить… э-э… приятных людей, а мы совсем недавно приехали и никого тут не знаем.