Лиз присела на низкий подоконник и стала смотреть на крыши Истминстера, над которыми возвышались две одинаковые башенки местного собора. Где-то там, внизу, по людной улице, шел Джефф. Как ей хотелось сегодня остановить машину, поболтать с ним, но при таком оживленном движении это было невозможно. Милый, милый Джефф. В следующем месяце она пойдет с ним на Охотничий бал. Осталось чуть меньше трех недель. Надо подумать о платье. Оно должно быть необыкновенно красивым, чтобы Джефф гордился ею.

Лиз вздохнула и слезла с подоконника. Давно уже наступило время обеда, а она еще не помыла руки и не причесалась.

Она зашла в крошечную ванную, очень удобно расположенную недалеко от ее комнаты, и несколько минут спустя уже торопливо спускалась по лестнице в столовую.

Миссис Джордон сияла от радости. Она без конца расспрашивала Роджера о его матери, которая жила в Котсволде, о поездке в Кению, и, не давая ему толком ответить, все время перебивала его, выкладывая разные местные новости и сплетни. Наконец она оборвала себя и рассмеялась:

— Ты, наверное, подумал, что я глупая старая тараторка, Роджер. Я даже не слушаю, что ты мне рассказываешь. А вот Элизабет сидит как мышка. Наверное, ты решила, что тебе все равно не удастся вставить ни словечка, да? Но я так рада, что Роджер приехал, я так по нему соскучилась. Ты уж меня прости, милая.

Лиз сердечно улыбнулась ей:

— Я все понимаю, миссис Джордон.

После обеда Роджер снова пошел наверх, поговорить с дядей, а так как ветклиника была официально закрыта в субботу после обеда, Лиз прибралась в кабинете и решила прогуляться в город, отнести в библиотеку пару книг, которые брал мистер Джордон, и заодно сделать кое-какие покупки.

Она втайне надеялась ненароком столкнуться с Джеффом, но его нигде не было. Город опустел. Машины фермеров, тележки продавцов и трейлеры скотовладельцев покидали Истминстер, и Лиз повернула к дому.