— Но, мне кажется, она по-настоящему любит вашего отца.

— Это я и пытался втолковать Григу. Допустим, Альба не вышла бы замуж за папу, не будь он так богат. Полагаю, она не прочь стать леди Хэнкс. Но если она привязана к отцу и сделает его счастливым, все остальное не в счет, правда?

— Но ваш брат склонен видеть в ней самое плохое?

— Григ принципиально видит в людях самое худшее, — с легким злорадством усмехнулся Энди. — Утверждает, что так удобнее и к тому же экономит время.

— И все же, судя по вашим словам, он — воплощенное обаяние.

— Григ не верит в обаяние, — тут же отозвался Энди. — Бизнесу оно только мешает. Он просто рвет на себе волосы, когда я стараюсь быть любезным с клиентами. «Чем строить глазки, лучше бы как следует нажал на клиента», — вот что он заявляет. А ведь любезность иногда помогает совершать сделки.

Эми готова была этому поверить. В свои двадцать пять лет славный жизнерадостный красавец Энди Хэнкс пользовался всеобщей симпатией. Занимаясь организацией свадьбы его отца, сэра Аластера Хэнкса, Эми встречалась с Энди всего несколько раз, однако даже за это короткое время уже убедилась, что он способен уговорить даже осла не лягаться, а уж продать может что угодно — хоть лед эскимосу.

Организация свадеб была основным занятием Эми. Два года назад она создала «Дар небес» — фирму, чья деятельность охватывала все, что касалось свадеб: прием гостей, свадебный торт, церковь, музыку, цветы, костюм жениха и платье невесты и даже организацию свадебного путешествия и проведение медового месяца. Обычно к ней обращались родители невесты, однако, поскольку у Альбы не было семьи, ее состоятельный жених попросил Эми позаботиться обо всем, включая прием в его загородном доме, больше напоминающем дворец.

Аластер Хэнкс был из тех людей, о ком говорят, что он сам себя сделал. Он начал сколачивать состояние во времена застоя и в конце концов создал целую промышленную империю, а заодно обзавелся дворянским титулом.