— Что значит «настоящие»?

Лори почувствовала раздражение, ей не хотелось говорить на мучительную для нее тему.

— Дети, которые всегда там жили. Родные дети приемных родителей.

— И вас ни разу не просили помочь в уходе за младенцем?

— За новорожденным — нет. Иногда, уже в других домах, где дети были постарше — уже умели сами ходить, разговаривать, — там помощь требовалась… Но насколько я помню, мне никогда в жизни не приходилось даже приближаться, а уж тем более брать на руки такое крошечное создание, как этот несчастный подкидыш. И вот еще что… — девушка внезапно вспомнила о том, что мучило ее весь этот день, — у малышки на животике есть такая штука…

— Пуповина?

Лори кивнула.

— Я, наверное, должна что-то с ней сделать, там, кажется, все воспалено…

— Я покажу вам попозже.

— А сейчас ей не больно?

— Нет. — Энди протянул руку к Лори, но остановился и коснулся головки зевающего младенца. — Это свидетельствует о том, что ей всего несколько дней от роду, — тихо сказал он, и в его голосе Лори почудился душевный трепет.

Она испытывала к этому мужчине такое теплое чувство, что это пугало ее. В Энди, казалось ей, удивительно сочетаются практические знания, доброта и заботливость, и… и он манил ее к себе не меньше, чем этот младенец.

— Откуда вы столько знаете? — не смогла подавить в себе любопытство девушка. — У вас есть дети?

Пальцы мужчины коснулись маленькой ручонки девочки, и крохотная ладошка крепко сжала его указательный палец.

— Я в семье старший из трех детей, у нас в роду вообще большие семьи. — Энди играл с ребенком, будто хотел отнять свой палец, а малышка вцеплялась в него еще крепче. — Я не помню такого, чтобы в доме не было малышей. То рождались все новые двоюродные братья и сестры, а сейчас — племянники и племянницы. Постоянно у кого-то из родственников появляется прибавление в семействе.