Лив ковыряла вилкой в тарелке, не чувствуя вкуса пищи. Она изо всех сил старалась не смотреть на Мартина, но его красивое волевое лицо притягивало ее взгляд. Строго говоря, его нельзя было назвать красавцем. Сильно выдающиеся скулы, тяжелый греческий нос, глубоко посаженные глаза чайного цвета, твердый подбородок и тонкий, на редкость подвижный рот. Однако улыбка Мартина Холлистера была неотразима. Ослепительно белые зубы и необычные при карих глазах светло-русые волосы создавали контраст со смуглой кожей, доставшейся ему от матери-португалки. Он был не очень высок, чуть выше среднего роста, но на редкость мускулист и гибок. Впрочем, за восемь лет он изменился, подумала Лив. Волнистые волосы уже не падали ему на плечи, хотя и не были пострижены так коротко, как полагается преуспевающему бизнесмену. Да и на висках они как-то странно выцвели, наводя на мысль о ранней седине. Вокруг глаз наметилась сеточка морщин, и на лбу залегла складка. Мартин был по-прежнему гибок и строен, но слегка раздался в плечах, и в его фигуре угадывалась скрытая, почти зловещая мощь. Но главное, исчез мальчишеский задор и какая-то бесшабашная лихость, от которой у нее когда-то так сладко замирало сердце. — Ваша тетя сказала, что вы последние три года прожили за границей, — ворвался в размышления Лив голос Мартина. Впервые почти за целый час он обратился прямо к ней. — Наверное, было очень интересно.

Помня о своем обещании, Лив выдавила улыбку.

— Да, конечно, но в основном это была работа, работа и еще раз работа. Почти во всех африканских государствах катастрофически не хватает врачей, особенно в сельской местности.

— Может, не стоит сейчас об этом, Лив? — мягко вмешалась Клэр.