Когда он ушел, двери Эскалейда закрылись одна за другой, а потом вспыхнул яркий свет, словно луна прорвалась сквозь тучи. Он знал, чем они занимались во внедорожнике, потому что наблюдал за процессом исцеления пару раз: они тесно прижались друг к другу, белый свет от руки Ви поглотил их обоих, и зло, которое вдохнул в себя Бутч, просачивалось в Ви.

Слава Богу, что копа можно очистить от этого дерьма. Также повезло, что Ви был целителем. 

Роф подошел к первой двери клиники и посмотрел в камеру видеонаблюдения. Его тут же пустили внутрь, и как только открылся замок, панель отъехала в сторону, открывая потайную лестницу. На то, чтобы спуститься в клинику, ушло совсем немного времени. 

Короля расы, с мертвым мужчиной на руках, не задержали ни на секунду.

Он помедлил на площадке, когда открылся последний дверной замок. Посмотрев в камеру, он сказал:

– Достаньте каталку и покрывало.

– Мы уже идем, мой господин, – ответил тонкий голос.

Секунду спустя, две медсестры открыли дверь, одна разворачивала простынь, превращая ее в ширму, другая подвела каталку прямо к основанию лестницы.

Сильными и осторожными руками, Роф опустил тело гражданского так аккуратно, словно мужчина был жив, а все его кости переломаны; потом медсестра, которая управляла каталкой, развернула еще одно сложенное квадратом покрывало. Роф остановил ее, прежде чем она укрыла тело.

– Это сделаю я, – сказал он, забирая простыню.

Поклонившись, она отдала ему ткань.

Священными словами на Древнем языке, Роф превратил скромное хлопковое покрывало в погребальный саван. Закончив молитву за душу мужчины, пожелав ему свободного и легкого пути в Забвение, он вместе с медсестрами отстоял минуту молчания, прежде чем накрыть тело. 

– У нас нет его удостоверения личности, – тихо сказал Роф, расправляя края покрывала. – Кто-нибудь из вас узнает его по одежде? Часам? Чему-нибудь еще?