Разве не с этим намерением она ехала сюда изначально?

Возвращаться в Лондон Энни не хотелось. Не для того она удрала оттуда, чтобы так скоро отправиться обратно. А после звонка Пэм ей и вовсе расхотелось показываться в Лондоне - во всяком случае, в ближайшее время.

Сценаристка Памелла Келли - или просто Пэм - была для режиссера Мэриенн Уайлдер, то есть для Энни, больше чем подругой, потому что они тесно сотрудничали в театральной сфере. Правда, на расстоянии: первая творила за письменным столом, вторая на сцене.

Кроме того, Пэм принадлежал старенький коттедж, в котором Энни сейчас находилась. Он достался той в наследство, и она, будучи убежденной горожанкой, похоже, не знала, что с ним делать. Энни догадывалась, что Пэм не прочь избавиться от неожиданно свалившейся на нее недвижимости, но тут существовала одна проблема: коттедж находился в невообразимом захолустье, на хуторке Фармерс-Хамлет, почти в лесу. Ближайшая деревня называлась Барнфорт, и до нее было мили три. По бокам коттеджа располагалось еще два фермерских дома, тоже пустующих. Вероятно, как и в случае с Пэм, владельцы этих строений проживали где-то в городах и сюда не спешили.

При таких условиях найти покупателя на недвижимость сложно. Разве что какому-нибудь местному фермеру вздумается расширить владения, но кто знает, когда это случится?

Пока же, и очень кстати, Пэм предоставила коттедж Энни, захотевшей на время убраться из Лондона. Все из-за одной театральной постановки, которую Энни осуществила в этом году. Спектакль вызвал шквал недоуменных, язвительных, а то и откровенно гневных статей со стороны театральных критиков. Взбудоражила эту братию не пьеса как таковая, а трактовка Энни, в которой многие ощутили привкус если не ненависти, то явного неприятия по отношению к представителям сильной половины человечества. Скандал разгорелся на фоне успеха другой постановки Энни, прошлогодней, кстати сделанной на основе пьесы Памеллы Келли. Контраст оказался слишком велик, театральная пресса запестрела броскими заголовками, вокруг имени Энни Уайлдер поднялся шум.