В дверь внезапно трижды с грохотом ударили. Шарлотта подскочила чуть не на фут.

— …захочет войти. Мы здесь, любимый! — крикнула Джиллиан. — Шарлотта куда-то задевала ключ, но мы его уже почти отыскали.

— Хочу пи-пи!

— Что-что? Шарлотта? Какого черта она тут делает? Я думал, она несколько лет назад удрала из дома, чтобы стать любовницей какого-то итальянца!

— Никуда я не удирала, мы просто убежали! — проорала Шарлотта в сторону двери. — Мы обвенчались в Париже! Это было так романтично!

— Не важно. Открывай дверь! Джиллиан, нам пора уезжать. Сейчас же!

— Пи-пи!

— Шарлотта, — негромко, но настойчиво произнесла Джиллиан. Шарлотта с тревогой смотрела на дверь, в которую колотил взбешенный Черный Граф, и внимательно прислушивалась к стальным ноткам в голосе своей лучшей подруги и ближайшей родственницы. — Я понимаю, что ты ужасно расстроена, и знаю, что ты переживаешь очень тяжелые времена после того, как вернулась в Англию из этих древних жутких итальянских руин, но, моя дорогая, у меня сын, которому срочно нужно в туалет, двое нетерпеливых детей в карете и муж, который… — она замолчала, вслушиваясь в особенно громкую тираду ругательств, сопроводившую страшный грохот в дверь, — …быстро теряет терпение, а оно за сегодняшний день уже и так не раз испытывалось. Пожалуйста, пожалуйста, Шарли, отдай мне ключ, пока Ноублу не пришлось принимать решительные меры.

Шарлотта перевела взгляд с извивающегося малыша на изумрудные, полные тревоги глаза Джиллиан. Раньше всегда помогали слезы. Может, если Шарлотта сумеет выдавить слезинку-другую, кузина поймет, что она настроена серьезно? Шарлотта дождалась особого покалывания, означающего, что ее васильковые глаза наполнились слезами, и подпустила в голос нотку отчаяния:

— Джилли, ты мне нужна. Честное слово. Ты все, что у меня осталось.