—И что же еще вы делали?

— Я записывала все в эту книжку, — просто ответила девушка. — Всех, кто получал небольшие суммы каждую неделю, чтобы не умереть с голоду. И тех, кто может работать и немного зарабатывать, в меру своих сил. И ренту, которая поступает более или менее регулярно. Прунелла бросила быстрый взгляд на лицо графа и неуверенно добавила:

— В некоторых случаях... Я совсем отменяла плату за аренду ферм...

— И почему вы это делали?

— Вы не понимаете... — ответила Прунелла, и ее голос зазвучал чуть громче. — После окончания войны цены на продукты ужасно упали. И если бы только это! За последний год многие банки графства обанкротились и люди лишились сбережений всей своей жизни.

Граф молчал, и девушка продолжила:

— Это настоящая трагедия: тысячи людей уволены из армии и флота без всякой пенсии и компенсации за увечья, в то время как стоимость жизни так выросла, а найти работу практически невозможно. Я должна была взять на себя заботу о людях этого имения — ведь больше некому было о них позаботиться! Граф подошел к окну и посмотрел на озеро и парк, окружавший его.

— Примите мои искренние выражения благодарности, мисс Браутон, — сказал он. — Меня только удивляет подобная щедрость с вашей стороны.

В его тоне не слышалось искренней признательности, а похвала совсем не напоминала комплимент, однако Прунелла ответила:

— Если вы действительно благодарны мне... Мне бы хотелось вас кое о чем попросить.

Граф повернулся к ней, и теперь на его лице была улыбка.

— Значит, вы все-таки человеческое существо! — воскликнул он. — Я уже начинал считать вас загадочной филантропкой, которая делает добро во имя спасения если не своей души, то моей, но раз у вас есть человеческие слабости, я готов, в конце концов, поверить в вашу реальность. Прунелла смотрела на него, онемев от удивления. Затем она начала довольно резко: