— Тогда, пожалуй, нам и говорить не о чем.

— Мы поговорим за ужином в гриль-баре «Голотурия». Не «Ритц», конечно…

— Не командуйте мной!

— И в мыслях нет.

В «Ритце» он смотрелся бы уместней, решила Оливия.

— А если я откажусь? Что, если у меня назначено свидание с женихом, который выше вас ростом?

— Мужчина, с которым вы только что разговаривали, ваш жених?

— Не думаю, что вы проделали такой путь из больницы в Хиброн, чтобы выяснить подробности моей интимной жизни, мистер Бертрам.

— Я приехал сюда, чтобы поблагодарить вас за спасение моей жизни, — холодно сказал Мэтью.

— Вид у вас не очень благодарный.

Он упрямо повторил:

— У вас есть жених? Неважно, какого роста.

— Нет, но вас это не касается.

— А муж? Или любовник?

Оливия даже рот открыла от возмущения.

— Черт побери… послушайте, уже почти половина восьмого, я всю ночь не спала и хватит с меня. Я рада, что вы и ваш друг Стэн живы и здоровы; мне жаль, что затонула ваша яхта, и до свидания! — Он сжал губы. Невольно у нее вырвалось: — Ваша яхта… Вы ведь любили ее?

Как женщину. Кажется, так сказал Стэн? А женщины, должно быть, вьются вокруг этого мужчины, как чайки вокруг рыболовного судна.

— Вот это уж точно вас не касается.

— Тем более я не вижу причины, по которой нужно приглашать меня на ужин, — сердито сказала Оливия и отвернулась от него.

Он взял ее за локоть, и она вдруг почувствовала себя слабой и беззащитной, настолько сильными оказались его пальцы.

— Я заеду за вами в пять.

— Вы не знаете, где я живу.

— Всегда готов проводить вас домой.

— Вы понимаете, что в данный момент мы находимся под наблюдением? Камеры прослеживают всю эту стоянку. Стоит мне только дернуться, как кто-нибудь мигом окажется здесь.

— Тем больше оснований вести себя хорошо, мисс Шелл, — насмешливо сказал Мэтью.