1816 год

В коридоре послышались легкие торопливые шаги и возбужденный девичий голосок произнес:

— Я решила все наши проблемы!

Дверь гостиной, где обычно завтракали сестры, распахнулась настежь, и Андрина с порога продолжила:

— Я не сомкнула глаз и размышляла всю ночь напролет. Зато теперь я точно знаю, что нам делать.

При ее появлении два хорошеньких личика тут же повернулись к ней и две пары глаз уставились на Андрину с мгновенно вспыхнувшим интересом.

— Что же ты решила?

— Говори скорее, Андрина!

Андрина стремительно пересекла комнату и уселась на свое место во главе стола.

Трудно было вообразить, глядя на сестер Мелдон, что на свете могут существовать три столь разные девушки, каждая из которых по-своему прекрасна.

Андрина была старшей и наименее яркой по внешности.

Средняя сестра — восемнадцатилетняя Черил — наоборот, заставляла всех, кто впервые видел ее, терять дар речи — настолько она была очаровательна.

У нее были волосы цвета спелой пшеницы, небесно-голубые глаза и кожа, при взгляде на которую любой вспоминал клубнику со сливками.

И к тому же она обладала тонкой, как тростинка, фигуркой и двигалась с удивительной грацией.

Шарон, младшая из сестер, унаследовала от отца темные волосы, пышно обрамляющие ее головку, и смугловатый оттенок кожи, как у цветка магнолии. Глаза ее иногда казались темно-синими, но чаще, если менялось освещение, в них вспыхивал странный затаенный огонь.

Полковник Мелдон часто повторял, что своей внешностью Шарон обязана очень далекому испанскому предку, который каким-то образом затесался в родословную семейства Мелдонов.

Но как бы то ни было и каков бы то ни был этот уже давно забытый предок, Шарон была достойна преклонения, и не только за красоту, но и острый живой ум и самый веселый характер из всех трех сестер.