Ее можно было принять за англичанку, если бы не характерный американский акцент. Ноги миссис Вандерхольц покоились на низкой скамеечке и были укрыты пледом из горностая. Девине показалось, что дама с ног до головы усыпана драгоценностями: пять ниток крупного жемчуга на шее, бриллиантовые серьги в ушах и множество изящных браслетов на запястье левой руки.

- Моя фамилия Каслтон, - негромко, но с достоинством проговорила девушка.

- Это английская фамилия? Я никогда не слышала ее прежде.

- Да, очень старинная, мэм. Мой род восходит к пятнадцатому веку.

Миссис Бандерхольц недоверчиво смотрела на девушку, словно раздумывая про себя, верить ей или нет. Наконец она спросила:

- Сколько вам лет?

Девина очень боялась этого вопроса, но подумала, что лучше солгать и вернуться в Англию, чем сказать правду и умереть с голоду в Америке.

- Мне двадцать три года, - уверенно ответила она.

- Расскажите о своей семье, - прозвучало новое требование.

- Мой отец, полковник Каслтон, недавно умер. Он служил в Гренадерском гвардейском полку. А отец моей матери - сэр Роберт Уилвин Чеширский.

- Вы можете подтвердить ваши слова документами?

- К сожалению, я не взяла с собой «Дебретт» и копию «Беркса»

Девина подумала, что ее ответ прозвучал дерзко, но миссис Бандерхольц, к ее удивлению, одобрительно кивнула головой.

В беседу вмешалась молодая девушка, сидевшая рядом:

- Она нам подходит, мама. Давай возьмем ее.

Девина, отвечавшая до сих пор лишь на вопросы миссис Вандерхольц, перевела взгляд на девушку и увидела, что та очень хороша собой и похожа на мать: стройная, с густыми волосами, голубыми глазами. Одета она была в роскошное платье, но без украшений, и говорила с легким американским акцентом.

- Я хочу побольше узнать о мисс Каслтон, - заявила миссис Вандерхольц.



8 из 133