Когда девушка обратила на него беспомощный взгляд, он продолжил:
– Я вот что думаю. Один из моих бывших ковбоев, он уже несколько лет как не работал, неделю назад умер. После него осталась удобная, теплая хижина, лошадь, корова и куры. Я, конечно, присматриваю за ними, но, поверьте, у меня на это совершенно нет времени. Я был бы очень вам признателен, если бы вы пожили там до возвращения Трэя.
Лэйси едва удержалась, чтобы не подскочить от радости. Однако, еще раз обведя взглядом эту страшную, убогую, полуразвалившуюся лачугу, она вдруг совершенно ясно осознала, что ей совершенно безразлично, как о ней подумает этот Мэтт. Слишком уж соблазнительным было его предложение зажить в тепле и чистоте.
– А вас это действительно не затруднит, мистер Карлтон?
– Меня зовут Мэтт. Зовите меня просто Мэтт.
Лэйси улыбнулась и кивнула.
– Я с радостью присмотрю за домом вашего друга, и за хозяйством тоже. Доить коров мне не приходилось, но не сомневаюсь, что освою это дело, – она хихикнула.
– Тогда пошли отсюда. Думаю, что на улице явно теплее, чем здесь.
Немного погодя он осадил своего жеребца рядом с приятным, опрятным домиком, уютно расположившимся в небольшой рощице тополей. Этот коттедж, конечно, ни в какое сравнение не шел с той развалюхой, которую они покинули только что.
Карлтон ловко соскочил на землю и помог Лэйси выбраться из фургона.
– Вы входите в дом, а я тут пока мулом и лошадью займусь. Надо им овса подкинуть, – сказал он.
Девушка взошла на просторное крыльцо, выходившее на долину и далекие горы, и представила себе старого ковбоя, мирно покачивающегося в кресле у стены и наслаждающегося созерцанием этого прекрасного пейзажа.
Когда Лэйси вошла внутрь, половицы под ней уютно скрипнули, отчего губы ее невольно растянулись в улыбке – господи, пол! Деревянный пол!
Оглядевшись, она заметила на каминной полке плотно закрытую банку, наполненную спичками. Рядом стояли часы. Они тикали как ни в чем не бывало, словно кто-то только что завел их. Уже через минуту в камине весело полыхал огонь.