Ана, собравшись сказать, что способна сама о себе позаботиться, промолчала и в самом деле расслабилась.

— …увитой поверху густыми лозами с бритвенно-острыми шипами. В замке никто не бывал уже сто с лишним лет, поскольку никому не хватало храбрости перелезть через стену. Только один очень бедный, совсем одинокий мужчина был слишком любопытным. Он каждый день шел из дома к стене и поднимался на цыпочки, глядя, как солнце играет на верхушках башен.

Бун перевернул полотенце, промывая царапины.

— Никому не мог он объяснить, что в такие минуты творится у него в душе. Ему отчаянно хотелось забраться на стену. Порой ночью в постели он мысленно представлял себе это. Его останавливал страх перед острыми толстыми колючками, но однажды в разгар лета аромат цветов стал таким сильным, что мужчина его впитывал с каждым вдохом и больше не мог довольствоваться отблесками на башнях. Что-то в душе подсказывало ему, что за этой увитой шипами стеной находится самое желанное на свете. И тогда он полез. Снова и снова падая, он исколол руки до крови и опять лез.

Голос успокаивал, прикосновения внушали необыкновенные ощущения. От нежного касания прохладной ткани боль утихала, внутри медленно разливалось тепло. Бун вытирал лодыжку, распоротую острым осколком. Ана стиснула пальцы в столь же крепкий кулак, как тот, который перехватил желудок.

Надо остановить его. Ох, нет, пусть продолжает. Подольше.

— У него ушел целый день, — продолжал звучный гипнотизирующий голос прирожденного сказочника. — На жаре пот смешивался с кровью, а мужчина не сдавался. Не мог отступиться, твердо, как никогда в жизни, зная, что по ту сторону стены ждет его судьба и будущее, то, чего жаждет сердце. И вот, сплошь содрав руки, он вцепился в колючие лозы, подтянулся на самый верх. Лишившись сил и страдая от боли, рухнул вниз в густую мягкую траву под стеной заколдованного замка.

Очнулся он под луной, голова кружилась. Не понимая, где находится, собрав последние силы, мужчина захромал по лужайке, перешел через разводной мост, вошел в огромный зал, который ему снился с детства.