- Да, я вас понимаю, - сказал Равенскар, в голосе которого зазвенели металлические потки. - Должен вас, однако, предупредить, Ормскерк, что я ничуть не возражаю, чтобы вы, скажем, высекли моего кузена, - это только пойдет ему на пользу. Но если вы вздумаете вызвать его на дуэль, я сотру вас с лица земли. Поверьте, что я говорю это совершенно серьезно.

Минуту оба молчали, остановившись и глядя друг на друга. В утреннем полумраке Равенскар не мог разглядеть выражение лица лорда Ормскерка, но он почувствовал, как напряглось его худощавое тело под плащом. Затем Ормскерк рассмеялся:

- Можно подумать, что вы хотите со мной поссориться, дражайший Равенскар.

- Если вы решили так истолковать мои слова, милорд...

- Нет-нет, - мягко проговорил Ормскерк. - Это нам обоим совершенно ни к чему, дружище. Вы, я вижу, забияка, а я, поверьте, человек мирного нрава. Давайте прекратим это, скажем, пререкание. Мы же оба хотим одного и того же. Вам известно, что ваш впечатлительный молодой кузен предложил даме руку и сердце?

- Известно. Потому я сегодня и пришел - взглянуть на очаровательницу.

Лорд Ормскерк вздохнул:

- Как всегда, вы попали в самую точку. Она действительно очаровательна. Вы заметили в ней этакую свежесть, которая для искушенного человека - как глоток воды для жаждущего.

- Да, она прекрасно подходит для роли, которую вы ей отвели, - сказал Равенскар, презрительно кривя губы.

- Вот именно! А эти юноши парят в облаках. И брак, конечно, соблазнительная приманка. Этого нельзя отрицать.

- Особенно когда у жениха титул и состояние, - сухо согласился Равенскар.

- Я знал, что мы поймем друг друга. Я убежден, что дело можно решить к нашему обоюдному удовлетворению. Если бы девица испытывала к вашему кузену нежные чувства - все было бы сложнее. Мне оставалось бы только удалиться... признав свое поражение. Все-таки у каждого человека есть самолюбие, как это порой ни усложняет жизнь. Но, на мой взгляд, ни о каких нежных чувствах с ее стороны не может быть и речи.