Один раз мне пришлось присутствовать на матче где-то далеко за городом. Больше всего у меня в памяти запечатлелась грязь на дороге. Один из боксеров был какой-то засаленный парень с большим носом, которого почему-то все страшно восхваляли. Оказывается, это был великий Мендоза! Но на меня это не произвело ни малейшего впечатления. Против него выступал некто Хамфриз, у которого странным образом даже был дворянский титул. Не помню уж, чем кончился матч; возможно, я просто заснул. Грубое зрелище, масса крови и всепроникающая простонародная вонь, хотя с востока и дул пронзительный ветер. Впрочем, если не ошибаюсь, вы принадлежите к поклонникам Мендозы?

- Я брал у него уроки. Но неужели вы решили идти со мной пешком лишь для того, чтобы обсуждать бокс? Выкладывайте, милорд, что вам от меня нужно?

Ормскерк поморщился:

- Как вы прямолинейны, дражайший Равенскар. Я решил прогуляться с вами из чисто дружеского расположения.

Равенскар засмеялся:

- Весьма признателен, милорд.

- Не за что. Но вообще-то я хотел вам сказать - в доказательство моих наилучших намерений, - что пора бы... положить конец... посещениям вашего пылкого молодого кузена. Надеюсь, вы меня понимаете?

- Понимаю, - мрачно отозвался Равенскар.

- Только я бы не хотел, чтобы вы истолковали мои слова превратно. Я в общем-то уверен, что вы именно с этим намерением и нанесли визит в гостеприимный дом леди Беллингем. Я вам вполне сочувствую: было бы ужасно, если бы многообещающий молодой человек попал в беду. Должен сказать, что, с моей точки зрения, он там... гм... лишний.

Равенскар кивнул.

- А какой у вас интерес к этой женщине? - вдруг спросил он.

- Ну, допустим, я питаю не совсем необоснованные надежды, - безо всякого смущения ответил Ормскерк.

- Примите мои пожелания всяческого успеха.

- Благодарю вас, Равенскар. Я так и знал, что тут мы с вами поймем друг друга, даже если в остальном наши мнения и расходятся. Поверьте, мне было бы очень неприятно оказаться перед необходимостью убрать со своего пути препятствие в виде неоперившегося юнца.