– Пора уже Арабелле подумать о замужестве. Я вот вышла замуж, когда мне было всего…

– Она ни о чем другом и не думает. Последний кандидат в женихи – какой-то никому не известный офицеришка.

– Тебе надо построже за ней присматривать, – сказала его тетка. – Ты ее опекун – наравне с миссис Равенскар.

– Я и намерен ею заняться.

– Если бы мы смогли найти ей подходящего мужа…

– Сударыня, Арабелла так же мало готова к браку, как если бы ей было шесть лет, – с раздражением возразил Равенскар. – Оливия говорит, что Арабелла за последние полгода была влюблена по уши по крайней мере пять раз и каждый раз собиралась замуж за очередного претендента.

– Боже правый, Макс, если ты не примешь мер, она, глядишь, еще сбежит с каким-нибудь охотником за приданым!

– Ничуть не удивлюсь.

Леди Мейблторп была, видимо, взволнована.

– До чего ж ты мне действуешь на нервы! Как ты можешь спокойно говорить о такой катастрофе?

– По крайней мере, я тогда от нее избавлюсь, – ответил ее бесчувственный племянник. – Но, если вы мечтаете женить на ней Адриана, я вам сразу скажу…

– Ой, Макс, об Адриане я и хотела с тобой поговорить, – перебила его тетка, которую упоминание о ее сыне вернуло к более насущной проблеме. – Я вне себя от беспокойства.

– Да? – довольно безразлично отозвался Равенскар. – Что еще натворил этот болван?

Леди Мейблторп ощетинилась было, услышав, как ее единственного сына величают болваном, но по секундном размышлении призналась себе, что он это вполне заслужил.

– Он воображает, что влюблен, – трагическим тоном проговорила она.

– Ну и что? В ближайшие пять-шесть лет он это еще не раз вообразит. Сколько щенку лет?

– Попечителю его состояния следовало бы знать, что он еще не достиг совершеннолетия.

– Ну и запретите ему даже думать о женитьбе, – легкомысленно посоветовал Равенскар.

– Слушай, можно с тобой о чем-нибудь говорить серьезно? Ничего смешного тут нет! Через два месяца ему исполнится двадцать один год. Не успеем мы оглянуться, как какая-нибудь проходимка женит его на себе.