– Меня совершенно не волнует разница в наших годах. Послушать тебя, то можно подумать, что Деборе за тридцать!

– Гм…

Адриан возмущенно смотрел на кузена.

– Мое решение непоколебимо, Макс. Я никогда не полюблю другую женщину. Как только я ее увидел, я понял, что мы созданы друг для друга. Но тебе этого, конечно, не понять – ты человек с рыбьей кровью… то есть ты ведь никогда в жизни не влюблялся.

Равенскар засмеялся.

– Во всяком случае, ты не знаешь, что такое возвышенная любовь, – поправился Адриан.

– Может, и не знаю. Но при чем тут я?

– Ни при чем, – твердо сказал Адриан. – Но поскольку ты уже знаком с Деборой, я решил тебе сказать, потому что не хочу ничего делать тайком. Я ничуть не стыжусь того, что полюбил Дебору.

– Было бы странно, если бы ты стыдился, – заметил Равенскар. – И что, мисс Грентем приняла твое предложение?

– Не совсем, – признался Адриан. – Конечно, она выйдет за меня замуж, но у нее такое прелестное чувство юмора, и она так любит меня поддразнивать… Это невозможно описать, но, когда ты с ней познакомишься поближе, ты сам поймешь.

Равенскар поставил кружку на стол.

– Как это понимать – «не совсем»?

– Ну, она говорит, что я не должен ничего решать, пока не достигну совершеннолетия. Как будто я уже не решил! Она не хотела, чтобы я кому-нибудь об этом говорил, но кто-то сказал маме, что она меня поймала на крючок – надо же выдумать такое! – и мне пришлось ей во всем признаться. В частности, поэтому я и пришел к тебе, Макс.

– Да?

– Мама тебя послушается, – уверенно продолжал Адриан. – Видишь ли, она почему-то вообразила, что Дебора меня недостойна. Я, конечно, понимаю, как это неудачно, что я с ней познакомился в доме леди Беллингем, но она совсем не такая девушка, каких обычно встречаешь в игорных домах, Макс, честное слово, не такая! Ей даже не нравится играть в карты. Просто она хочет помочь тетке.