– С ума сойти, что за человек. Если ему не терпится проиграть двадцать пять тысяч, почему он не проиграет их у меня в фаро? Но разве от мужчин дождешься сочувствия? Они думают только о собственном удовольствии. Я вспоминаю, что отец Равенскара отличался скверным характером и был страшный эгоист. Сынок, видно, в него вышел.

На это Дебора не ответила. Ее тетка взяла баночку румян и стала щедрой рукой накладывать их себе на щеки.

– Странное дело, – заметила она, – у всех богатых людей омерзительный характер. Взять хоть Файли или вот Равенскара.

– Боже правый, тетя, неужели вы ставите Равенскара на одну доску с этой гнусной личностью? – вскричала Дебора и даже немного покраснела.

– Дебора! – воскликнула ее тетка. – Уж не приглянулся ли тебе Равенскар? Вот было бы чудесно, если бы он в тебя влюбился! Однако это маловероятно. Ему уже тридцать пять лет, и я ни разу не слышала, чтобы он хоть кому-нибудь сделал предложение. И потом, про него говорят, что он невероятно скуп, а нам это не подходит.

– Скажете, тетя! Конечно, он никогда не сделает мне предложения, а если и сделает, я ему откажу! И ничуть он мне не приглянулся! Просто мне понравилось, как он бросил вызов сэру Джеймсу. И в нем есть что-то, что отличает его от прочих мужчин. Но со мной он был прямо-таки груб. По-моему, он презирает меня за то, что я веду игру в салоне. Понять не могу, что его к нам привело. Разве что захотел взглянуть на авантюристку, в которую влюбился его кузен.

– Да, это весьма вероятно, – со вздохом сказала леди Беллингем. – Теперь он уведет от нас Адриана, и нам останется один лорд Ормскерк.

Дебора засмеялась:

– Пусть уводит – скатертью дорога. Но он человек умный и наверняка понял, что никакая опасность его кузену в этом доме не грозит. Я ему даже не позволяю проигрывать за вечер больше десяти гиней.

– Я знаю, – с сожалением сказала ее тетка. – А ему не везет в карты. Жаль, что он никогда не проигрывает больше.