— Явились не запылились, — пробурчал он.

— Что ты хочешь? — усмехнулся Дом. — Марко выиграл гонку. Каждый не прочь оторвать от него кусочек.

— В чем проблема? — спросил Марко, не испытывая желания продолжать разговор, не относящийся к делу.

— Проблема в том, что семья Валерио против того, чтобы мы продолжали использовать их имя в названии модернизированных автомобилей, готовящихся к производству.

Автомобиль «Валерио родстер» был когда-то визитной карточкой «Моретти моторз», но в шестидесятых годах его выпуск был прекращен. Вернув эту модель на конвейер, Доминик намеревался таким образом упрочить позиции «Моретти моторз».

— Чем я могу поспособствовать? — спросил Марко. — Кик или я можем выступить в «Ле Ман-24» и попытаемся ее выиграть.

— Не подействует, — покачал головой Антонио. — Адвокат Валерио уже прислал письмо с их требованиями, и если мы не отреагируем, они вчинят нам иск.

— Нужно встретиться с семьей Валерио и убедить дать нам разрешение воспользоваться их именем, — сказал Доминик.

— Что нам о них известно? — поинтересовался Марко, тотчас забыв о темноволосой женщине, поскольку речь шла о будущем компании.

— Пьер-Анри Валерио ненавидел нашего деда и, наверное, сейчас прыгал бы от радости, будь он жив, так как у его наследников есть что-то, в чем мы нуждаемся, — сообщил Антонио.

— Фамильная вражда?

— Вроде того. Думаю, они скажут «нет» только потому, что никто не может запретить им сделать это, — подхватил Доминик.

— Тогда нужно предложить им то, от чего они не смогут отказаться.

— И что ты хочешь предложить? — обернулся Марко к среднему брату. Антонио был прирожденным победителем. Впрочем, как и все они.

— Я подумаю над этим, — пообещал Тони. — Положитесь на меня.

— Мы не можем допустить, чтобы какая-то глупая стародавняя вражда поколебала наши позиции, — заявил Дом.