«И правда, откуда?» — подумала Элеонора.

Ее любимый старший брат Маркус был высокого мнения о Дэймоне, впрочем, как и она, сама, до тех пор, пока их помолвка не была расторгнута. Наделенный на редкость привлекательной внешностью и просто фантастическим обаянием человека, которого вряд ли волнует чье-либо мнение, Дэймон был заветной мечтой каждой юной леди, а для любой матери почтенного семейства — серьезным поводом для беспокойства. Не познав радостей материнства, Беатрис Этри, виконтесса Белдон, мало, что смыслила в воспитании детей. Однако, приютив десятилетнюю Элеонору после смерти ее родителей, она не оставляла девушку ни на минуту. Беатрис любила Элеонору так сильно, насколько вообще способна была кого-нибудь любить.

Что и говорить, она была аристократкой до мозга костей и имела определенное представление о том, какими качествами надо обладать, чтобы быть достойной своего высокого происхождения. Поначалу Беатрис весьма благосклонно отнеслась к лорду Рексхэму несмотря на его репутацию человека, ведущего распутный образ жизни, — во-первых, он принадлежал к знатному роду, имевшему столетнюю историю, а во-вторых, обладал завидным состоянием — даже большим, чем у Элеоноры.

Саму Элеонору мало интересовали титул и деньги Дэймона, — ее покорил неординарный характер молодого дворянина. С первого мгновения она почувствовала к лорду Рексхэму неудержимое влечение, подобное вспышке молнии, и, кроме того, несомненно, они с виконтом были родственными душами. Влюбиться в него оказалось необычайно просто.

Тогда она была наивной юной девушкой, и то, что она с безрассудством поддалась его неотразимому обаянию, можно было, конечно же, объяснить именно возрастом. Ей было всего девятнадцать лет, и ее девичье сердце просто жаждало безумной романтической любви. Девушка ждала принца на белом коне, который заставил бы пылать ее сердце, хотела чувствовать себя желанной, без остатка сгорать в любовном огне.