— Дружка? Нашими делами? О небо!

Гвен с недоумением смотрела в искаженное яростью лицо Родриго. Почему он так злится?

— Еще раз повторяю, я его не знаю! Я приехала сюда отдыхать, причем только сегодня...

Неожиданно вмешался второй, Морис. Гвен безошибочно распознала журчащий ирландский акцент.

— Если мы выпустим ее, она сможет его предупредить...

Гвен в тревоге подалась вперед.

— Что еще за «если»? Да знаете, какой я подниму шум, если вы попытаетесь тронуть меня...

— Барышня, будете визжать — охрана вызовет полицию. Не думаю, что вы будете счастливы этим обстоятельством.

Знал бы он, что это самая сокровенная мечта «барышни»!

— Да я сама вызову полицию!

Она шагнула к телефону, но в этот момент Родриго холодно заметил:

— Что ж, тогда я вынужден буду отдать им эти фотографии.

— Ну и что? Кому они скорее поверят, вам или мне? Конечно, мне!

Интересно, над чем они так хохочут?

— Ничего смешного не вижу. Просто вы еще не знаете, кто я!

— Барышня, у вас чудесные карие глазки, вы блондинка, и грудь... хм-м-м... судя по снимкам, у вас хоть куда, но полиции нужны более веские доказательства вашей порядочности.

— Доказательства? Отлично. Вот моя кредитка. Гвендолен Мойра Ричвуд. Я остановилась в отеле на том конце острова, вместе с сестрой.

— Вы вполне могли украсть у Гвендолен Мойры Ричвуд ее кредитку. Даже, скорее всего и украли.

Гвендолен Мойра Ричвуд была в ярости, однако проклятый синеглазый бандит этого не видел. Он с интересом смотрел на грудь Гвендолен Мойры Ричвуд, отлично и четко обрисованную влажной футболкой. Напряженные соски проступали сквозь тонкую ткань...

— Вот что я ненавижу больше всего, так это разговаривать с мужчиной, который не смотрит тебе в глаза.