Родриго не выглядел ни испуганным, ни шокированным. Не делал вид, что ничего не замечает. Не то, что Рик. Этот все время уверял, что совершенно не обращает внимания на ее шрам, но ни за что на свете не прикоснулся бы к нему пальцем.

Родриго осторожно провел пальцем по руке Гвен, и девушка задрожала. Прикосновение было приятным, удивительно сексуальным...

— Ожог?

— Вы всегда так любопытны?

— А вам не хочется об этом говорить?

— Только не с маньяками-убийцами.

— Вы со многими из них знакомы?

— А вы думаете, они сильно отличаются от нормальных людей? Большинство убийц вполне обычные граждане... до совершения преступления. Если вы уже насмотрелись, я, с вашего разрешения, опущу рукав.

Родриго заглянул Гвен в глаза, и девушка неожиданно подумала, что он прекрасно все понял. Понял и увидел за внешней хладнокровной бравадой хрупкую ранимую девочку-подростка, сжимающуюся после каждого бестактного замечания в комочек. Научившуюся закрываться. Прятаться.

Через миг это ощущение схлынуло, потому что на чувственных губах вновь вспыхнула издевательская ухмылка.

— Надеюсь... вернее, уверен, что вы не всегда так тщательно скрываете свое тело от посторонних глаз.

Гвен еще раз подумала о том, как хорошо, что она стала юристом, вопреки воплям и слезам мамы. Годы работы среди преступников закалили ее и приучили смотреть на жизнь куда более цинично, чем это можно было ожидать от девочки из аристократического английского семейства.

Гвен ответила Родриго иронической улыбкой, и это по-настоящему удивило его.

— Послушайте меня, упрямый кабальеро. Я действительно не знаю вашего дружка и не имею с ним никаких дел. Как насчет того, чтобы я просто ушла отсюда и предоставила вам самим разбираться с вашими делами? Клянусь забыть о том, что видела вас...