Шлюп продолжал свой бег, а Сэм бездельничал у румпеля, предаваясь мечтам. За ветром, небом и морем он следил почти машинально и почти всецело был поглощен мыслями о Норе, воспоминаниями о ней, предвкушением новой встречи.

Рыбачью плоскодонку он заметил, оказавшись от нее на довольно близком расстоянии. Она то взбиралась на гребни серых волн, набегавших с юго-востока, то срывалась с них. Небо отражало угрюмое настроение водной стихии. Свет заходящего солнца желтовато-тревожной пеленой угасал за ближайшим мысом. Было холодно. Ветер резкими порывами подгонял шлюп к дрейфующей лодке.

«Холидей» дрожал под давлением ветра на парус и через руль передавал эту дрожь чувствительным пальцам Сэма. Лодка казалась пустой, однако если в коварных водах Мэна произошел несчастный случай с драгером или ловцом омаров, тот мог укрыться за планширом. Сэм изменил курс и стал ждать, пока расстояние между ним и лодкой сократится.

Слева по борту над водой поднималась невысокая хребтина Маквид-Пойнта, напоминавшего своими очертаниями тушу кита. Еще дальше виднелись разбросанные по воде, как пригоршня голышей, небольшие островки. Чуть западнее, на берегу, прикрытом легкой дымкой, стояла крошечная рыбацкая деревушка и курортный городишко Хаддемспорт, удобно расположившийся среди сосновых рощ, песчаных дюн и скал.

Откуда-то с верхней точки Маквид-Пойнта по глазам Сэма полоснул слепящий свет. Он посмотрел в ту сторону, но ничего не смог разглядеть из-за большого расстояния. Только теперь он пожалел, что не прихватил с собой матраса. Он рискнул переложить парус, развернув шлюп кормой к ветру, затем ослабил его, позволив «Холидею» скользить в направлении пустой рыбачьей лодки.